23.07 приглашаем всех на наш пивной июльник в паб-клуб «Граффити».
И да прибудет с нами Жук Цеце!
Вы его слышите внутренним ухом,
Готовы послать, собираетесь с духом,
Откровенно послать под каким-то предлогом.
Но как тут пошлёшь, когда прав он во многом?
Убедительно так говорит, как по нотам,
И не важно уже, говорит он про что там:
Про погоду, политику, ловлю макрели…
Вы спокойны… Но руки взмокрели.
Вы спокойны, как Будда,
И пить не тянет как будто,
Но заставит легко вас
Алкоголос!
Он найдёт аргументы,
Он расставит акценты,
Знает он, как никто, вас –
Внутренний алкоголос! Алкоголос! Алкоголос!
Он в этом мастер, чего тут лукавить,
И начинает он издалека, ведь
В лоб если сразу – спугнешь ненароком.
Вначале твердит он о чём-то высоком,
Потом вдруг на пару минут замолкает,
Смущённо икает, потом намекает,
Потом, приближаясь поближе к предмету,
Пускает в ход козыри. Всё. Шансов нету.
Вы спокойны, как Будда,
И пить не тянет как будто,
Но заставит легко вас
Алкоголос!
Он найдёт аргументы,
Он расставит акценты,
Знает он, как никто, вас –
Внутренний алкоголос! Алкоголос! Алкоголос!
Он знает все ваши больные мозоли.
Ещё бы – вы с ним познакомились в школе.
В обычной, типичной и, в общем-то, средней.
О, как вы дружили! До капли последней.
Потом вы работали – плохо, но вместе,
Пока не пришли нехорошие вести
И вас разлучить медицина хотела,
Вот только разлуке противилось тело.
Вы спокойны, как Будда,
И пить не тянет как будто,
Но заставит легко вас
Алкоголос!
Он найдёт аргументы,
Он расставит акценты,
Знает он, как никто, вас –
Внутренний алкоголос!
Иду по улице
С улыбкой на лице,
Но от неё не станет всем теплей.
Оскал оскалив свой,
Иду, не слыша вой
Сирен и топот конных патрулей.
Иду по городу.
Опять бес в бороду,
Опять улыбка на лице.
Я жук цеце!
На лацкане моём
Значок, где мы вдвоём,
Как память о последствиях любви.
Долой условности!
Тебе на зло, прости,
Забуду я про лозунг «Не убий!».
Иду по городу,
Усвоив смолоду:
Всё будет хорошо в конце.
Я жук цеце!
Я снял повязку с глаз,
Сняла цыганка сглаз –
Теперь для предложений я открыт,
Настойчив и упёрт,
Свиреп, как «энгри бёрд»,
А этот факт о многом говорит.
Иду по городу,
С тех самых пор иду,
Как осознал в концов конце –
Я жук цеце!
Жук цеце…
Я жук цеце!
Жук цеце…
Я жук цеце!
Докучают магнитные бури,
Удручают события в мире.
И я сделал себе хачапури,
А ведь сделать хотел харакири.
Ну перепутал!
Перепутал!
Перепутал!
Согласитесь, слова-то похожи.
В жизни масса подобных историй.
Вот ты съездил кому-то по роже,
А ведь съездить хотел в санаторий.
Ну перепутал!
Перепутал!
Перепутал!
Лишь тебя я ни с кем не смогу перепутать…
Мой друг кальмар
Десятирук,
Головоног,
Герой кошмара,
Но при деньгах.
Короче, настоящий друг.
И я ценю кальмара!
Мой друг кальмар
Поведал мне,
Что бесполезно
Суетиться,
Что этот мир
Наверняка сгорит в огне.
Ну как тут не напиться?
Мой друг кальмар
С собой принёс,
Колец нарезал
Из себя же,
Поджарил их
И тост прекрасный произнёс.
Я прослезился даже.
Сказал он: «Брат!
Настал тот час,
Когда придётся
Нам расстаться.
Давай до дна!»
И промокнул салфеткой глаз.
Ну как тут не нажраться?
Мой друг кальмар
Налил опять.
Мы закусили
Им же снова.
И понеслось.
Он начал быстро исчезать.
Исчез, и что такого?
Пусть говорят,
Что так нельзя,
Что пить с кальмаром –
Вряд ли норма.
Но как тут быть,
Когда вот есть у вас друзья,
Но не хватает корма?
При свечах в пять раз волшебней вечер.
Пляшут тени, вздрагивают веки.
Но учтите – разные бывают свечи.
Это подтвердят в любой аптеке.
Вам любой ветеринар расскажет,
Объяснит доходчиво и ясно
То, что разные бывают свечи, очень даже,
Да и повод для свечей бывает разный.
Вечер при свечах –
Разговоры о врачах.
Завтрак без свечей –
Разговоры про врачей.
Лечат, лечат, лечат, лечат все друг друга.
В этом городе врачи все поголовно.
А больных-то нет, с больными туго.
Налицо проблема, безусловно.
Вечер при свечах –
Разговоры о врачах.
Завтрак без свечей –
Разговоры про врачей.
Вечер при свечах –
Разговоры о врачах.
Завтрак без свечей –
Разговоры про врачей.
Когда я на рынке служил мясником?
По правде сказать, никогда.
Но труд мясника хорошо мне знаком.
Почётнее нету труда.
В глазах вдохновение, фартук в крови,
Свисают гирлянды колбас…
И много ты знаешь картин, назови,
Способных так радовать глаз?
Когда я на рынке служил мясником,
Не помнит на рынке никто.
Но часто так тянет взмахнуть тесаком!
Хотя я сейчас не про то.
Есть в этом процессе своя красота
И, если хотите, изыск.
Но эта работа совсем не проста,
К тому же ей свойственен риск.
Какая там почта! Какой там ямщик!
Стоять на разделке – особенный шик.
За это и любят, и чтут.
Когда б я на рынке служил мясником,
Мне б дамы дарили цветы,
Мужчины поили б меня коньяком,
А с мэром я был бы на ты.
Увы,
Это только мечты…
Скорый поезд мчится к югу
Через бурю, через вьюгу.
Нет в вагонах мест свободных –
Поезд полон земноводных.
Здесь и жабы, и тритоны.
Икромечут на батоны.
А в вагоне-ресторане –
Земноводные цыгане.
Мчится поезд, мчится скорый
Через реки, через горы.
Песни, визги… Путь неблизкий…
Детям – пиво, взрослым – виски.
А непьющих, безголосых –
Из вагона под откос их!
Покидая край холодный,
Мчится поезд земноводный.
Скорость – двести. Даже триста.
Зря поили машиниста –
Спит их рулевой и кормчий.
А цыганский хор всё громче…
Мчится поезд, мчится скорый
Через реки, через горы.